Миллионы на войне

Мировые новости

Под грифом секретности в оборонном секторе скрываются многомиллионные махинации

История с закупками БМП-1 показывает, что под грифом секретности в оборонном секторе скрываются многомиллионные махинации

Иван Верстюк

Ларнака, Кипр. Небольшое трехэтажное здание на проспекте Фенероменис. В офисе № 102 на первом этаже находится кабинет лазерной терапии.

Он кажется обычным, но лишь для тех, кто не знает: за его дверями оперируют шестизначными суммами в долларах.

Именно сюда год назад государство Украина с благословения министра обороны Степана Полторака согласилось отправить $ 5,3 млн — вряд ли в мире существует еще хоть один кабинет лазерной терапии, располагающий подобными суммами.

Причем деньги попадают на Кипр из Киева в рамках засекреченного оборонного заказа.

В кабинете на проспекте Фенероменис зарегистрирована фирма PetraLink Limited. В мае прошлого года Полторак завизировал бумаги о закупке 30 боевых машин пехоты (БМП-1) у этой кипрской компании.

Соответствующий документ под названием сертификат конечного потребителя есть в распоряжении НВ. На нем стоит печать Министерства обороны и подпись главы ведомства.

Редакция обнаружила существование PetraLink Limited, продолжая расследовать сомнительные операции госструктур отечественного оборонного сектора.

Эту тему НВ начал разрабатывать весной 2018 года. В марте вышла статья о коррупции при оборонных закупках с упоминанием двух высокопоставленных чиновников — народного депутата Сергея Пашинского, главы парламентского комитета по нацбезопасности, и первого заместителя секретаря Совбеза Олега Гладковского.

Ключевым в материале стал тот факт, что структуры госкорпорации Укроборонпром покупали по завышенным ценам старые БМП-1 у польской фирмы, которая, в свою очередь, приобретала их у чехов. Последним эти законсервированные советские бронемашины (они выпускались с 1966‑го по 1983 год) достались как наследие социалистических времен.

Укроборонпром тогда официально потребовал опровергнуть информацию НВ, назвав ее не соответствующей действительности, но этим и ограничился. А вот Пашинский не только посчитал ложью данные о своей причастности к схемам по закупке БМП у чехов через польского посредника, но и подал иск к НВ и автору статьи.

Также готовит свой иск и польская компания Wtorplast — тот самый контрагент Укроборонпрома.

Редакция же передала свои материалы в Национальное антикоррупционное бюро (НАБУ), и на их основании там уже начали расследование. Один из свидетелей по делу на условиях анонимности сообщил НВ: уже проводятся допросы.

Кроме того, редакция провела дополнительное расследование контрактов на закупку БМП. И обнаружила подтверждение прежним данным, а также новый контракт на закупку этих машин, который Минобороны реализует через кипрского посредника PetraLink.

Компания не имеет отношения к международному рынку оружия, зато связан с Укроборонпромом. И тоже умудряется продавать Украине БМП-1 по цене выше, чем в других сделках с этими же машинами.

Работа с сомнительными посредниками стала настоящим бичом сферы оборонных закупок, говорят эксперты.

Недавно НАБУ отчиталось о выявлении коррупционных схем в оборонном комплексе, сумма которых превысила 1 млрд грн. Теперь детективы расследуют 22 уголовных производства, касающихся Укроборонпрома.

Самым распространенным способом воровства госденег, по данным бюро, оказалось приобретение товаров и услуг через посредников.

“Закупки через посредников — во‑первых, неэффективны из‑за потери рабочего времени и возрастания цены, а во‑вторых, растут коррупционные риски из‑за непрозрачности деятельности этих посредников”,— говорит Елена Трегуб, глава Независимого антикоррупционного комитета по делам обороны (НАКО).

Обнаружить махинации сложно: в Украине сфера оборонных закупок невероятно засекречена.

“Необходимо снять гостайну со всех закупок, кроме инновационных”,— говорит по этому поводу Оксана Сыроид, вице-спикер Верховной рады.

Кипрский рай для БМП

Согласно инвойсам — документам, поданным перевозчиком при пересечении границы на украинскую таможню, Минобороны платит за БМП-1 кипрской PetraLink по $ 176,7 тыс. за единицу. Такая же их цена указана в сертификате Госслужбы экспортного контроля.

PetraLink не производит БМП-1, а закупает их у чешской компании Real Trade. Та является дочерним предприятием чешской Excalibur Army, принадлежащей бизнесмену Ярославу Стрнаду. Этот предприниматель, по данным международной организации журналистов-расследователей OCCRP, спонсировал президентскую компанию пророссийского президента Чехии Милоша Земана.

Киприоты закупают у чехов технику по $ 154 тыс. за единицу. Эта сумма подтверждена двумя источниками: инвойсами (цена обозначена в евро) и контрактом между Real Trade и PetraLink, который также есть у НВ (там указан эквивалент $ 154 тыс. в чешских кронах).

То есть за каждую БМП министерство переплачивает $ 22,7 тыс. При этом киприоты ничего дополнительного с техникой не делают. А поскольку контракт подразумевает поставку 30‑ти машин, то суммарная “дельта”, заработанная PetraLink, составляет $ 681 тыс.

А ведь есть еще и агентское вознаграждение от суммы поставки, которое получает у Мин­обороны компания, занятая оформлением сделки, объясняет вице-спикер Сыроид.

В данном случае “агент” — это СпецТехноЭкспорт (СТЭ), одно из подразделений Укроборонпрома. Отдел внешних контрактов СТЭ, который как раз и ведет подобные сделки, возглавляет Антон Пашинский, сын депутата Пашинского, главы оборонного комитета Рады.

По словам Сыроид, размер вознаграждения может достигать 25%. Правда, в самом СТЭ редакцию заверили: в большинстве случаев речь идет о 2–5%.

НВ обратился в Минобороны и Укроборонпром с просьбой прокомментировать эту закупку.

В Минобороны суть сделки с киприотами не стали объяснять, лишь заявили: мол, вынуждены работать с посредниками.

Укроборонпром переправил запрос НВ в СТЭ. Там заявили: считают контракт с кипрским посредником выгодным.

Владислав Бельбас, замглавы СпецТехноЭкспорта, рассказал: его компания обращалась напрямую к чешской Real Trade по поводу закупки БМП-1 в 2016 и 2017 годах. Но там эти запросы, по его словам, оставили без ответа. Поэтому и пришлось принять коммерческое предложение кипрской PetraLink.

В Real Trade не ответили на обращение НВ с просьбой подтвердить или опровергнуть факт получения предложений от СпецТехноЭкспорта.

фото 1

БОЕВЫЕ МАШИНЫ КИПРИОТОВ: Министр обороны Степан Полторак (в центре) завизировал контракт с кипрской фирмой (здание, где расположен ее офис — на фото слева) на поставку БМП-1 (на фото справа)

Как по маслу

Первая партия из десяти БМП-1 в рамках контракта Минобороны с PetraLink уже прибыла в Украину.

“Если бы мы зашли на таможню с инвойсом поставки из Кипра и обычным коммерческим грузом, таможня нам устроила бы кучу проверок,— говорит источник, причастный к поставкам бронемашин в Украину.— А тут мы привезли “кипрскую” военную технику — и все прошло как по маслу”.

Собеседник заключает: легкость прохождения таможни обеспечили “командно-административным путем”.

По его словам, десять БМП-1 от PetraLink идут на Львовский бронетанковый завод (ЛБЗ), где техника должна пройти модернизацию. Впрочем, на самом заводе отрицают, что будут заниматься чем‑либо подобным.

НАБУ с 2016 года расследует работу руководства ЛБЗ по делу о растрате 14 млн грн при закупке двигателей для нужд Вооруженных сил. Директор завода Роман Тымкив на время расследования отстранен от должности. От СИЗО его спасло лишь поручительство сразу пяти народных депутатов: четверки представителей Блока Петра Порошенко и одного — Батькивщины.

Директором PetraLink в таможенных инвойсах указан Владимир Петенко, что соответствует данным открытой базы корпоративных данных OpenCorporates.

У PetraLink есть филиал в Чехии. И потому в местном перечне юрлиц также фигурирует Петенко, и указана дата его рождения — 22 апреля 1981 года, а также адрес киевской регистрации этого человека по ул. Петлюры.

Точно тот же адрес указан сразу у нескольких юрлиц, учредителем которых числится (если верить чешским реестрам) Владимир Владимирович Петенко.

В украинском реестре избирателей отмечен лишь один Владимир Владимирович Петенко, живущий в Киеве,— он зарегистрирован в квартире по улице Старонаводницкой вместе с Владимиром Петровичем Петенко. Последний, вероятно, его отец.

Этот Петенко № 2 с 2007 года работал в структурах Укроборонпрома, в частности в компании Укрспецэкспорт.

Не чужд оборонному комплексу и первый Петенко: по данным базы YouControl, он возглавлял компанию Нозсейл — та фигурирует в уголовном производстве о фиктивной закупке спецстали одним из предприятий Укроборонпрома.

На кипрский почтовый адрес PetraLink приходит корреспонденция еще нескольких фирм, что говорит о его использовании для массовой регистрации. Да и над почтовым ящиком, установленным на здании, где “обитает” офис PetraLink, указано множество компаний: Charlinvest Limited, Charlhold Yellow Limited, Charlhold Green Limited и другие.

Редакции не удалось связаться с представителями PetraLink: адрес электронной почты этой компании, как и ее телефонный номер, не указаны ни в одном из документов или справочников.

доки 1

ПОЛЬСКАЯ ПОСТАВКА: Документы Госслужбы экспортного контроля, в которых обозначена цена за башни (слева) и шасси (справа) БМП-1, закупаемые Укроборонпромом у польской Wtorplast. Сумма в документах указана за 93 единицы товара, что в пересчете дает стоимость одной башни и одного шасси $ 66 тыс. и $ 99 тыс. соответственно

КИПРСКИЙ КОНТРАКТ:

1.  Контракт между чешской Real Trade и кипрской PetraLink (цена в кронах, эквивалентна цене одного БМП в $154 тыс.)

2. Документ Госслужбы экспортного контроля, где указана общая сумма контракта между Минобороны и PetraLink
(по нему Украина закупает эти БМП по $176,7 тыс. за единицу)

3. Документ, подписанный министром обороны Степаном Полтораком, о закупке БМП-1 на Кипре.

Эти документы доказывают, что кипрская фирма зарабатывает по $22,7 тыс. на каждом БМП просто как посредник

Новый поворот

Увлекательное расследование деятельности PetraLink вернуло НВ к уже описанному в предыдущем материале контракту между Укроборонпромом и польской фирмой Wtorplast. В документе было указано, что украинская структура приобретает у поляков разобранные БМП-1 и платит по $ 99 тыс. за корпус и $ 66 тыс. за башню, или $ 165 тыс. за все. НВ располагает документами, где зафиксированы обе цены.

В Укроборонпроме подобную закупочную стоимость БМП-1 назвали адекватной.

При этом в Украине, как выяснил НВ, есть частная компания Техимпекс, которая закупает у Wtorplast аналогичные БМП-1 значительно дешевле и продает их затем в арабские страны.

По данным Госфискальной службы, которые есть в распоряжении редакции, корпуса БМП-1 Техимпекс приобретает по $ 49,4 тыс. за штуку, а башни — по $ 27,1 тыс. В сумме (за боевую машину в целом) это на $ 88,5 тыс. дешевле, чем у аналогичной закупки Укроборонпрома.

Приобретай госконцерн у поляков свои 93 БМП-1 по таким же ценам, он сэкономил бы на этой партии $ 8,23 млн.

Данную информацию в Укр­оборонпроме комментировать не стали.

Сомнительные БМП у сомнительного посредника

Зато ранее в открытом обращении к НВ по поводу первой публикации представители этой госкомпании писали: договор с польской Wtorplast — это первый контракт со странами НАТО на поставку военной техники. И после модернизации немолодые чешско-польские БМП-1 становятся боеспособными. В доказательство Укроборонпром даже провел под Киевом показательные выступления этих машин.

Но экспертов действо не убедило. “БМП-1 — сама по себе одна большая техническая проблема”,— утверждает Иван Савельев, инженер-конструктор частного производителя вооружений Armorum Solutions и ветеран 59‑й мотопехотной бригады. По его словам, уже к концу 1980‑х БМП-1 устарели.

На закупаемых за границей образцах, являющихся еще советской техникой, нет адекватной системы управления огнем и современных приборов наблюдения для экипажа, говорит Савельев. Модернизация на украинских заводах, по его словам, эту проблему не решает. Кроме того, броня “единички” (БМП-1) с дистанции в 1,5 км пробивается пулей калибра 14,5 мм. “На фронте под угрозой расстрела никто не полезет внутрь в БМП-1, чтобы ехать по минному полю”,— добавляет Савельев, имевший опыт эксплуатации машин в боевых условиях.

На более-менее приличную доработку “польских” БМП-1, по его оценкам, надо тратить $ 100–120 тыс.

Когда НВ написал, что модернизация закупленных у польской компании Wtorplast машин обходится Украине в $ 40 тыс., в Укр­оборонпроме ответили: нет, сумма в разы меньше.

Да и сама Wtorplast не выглядит блестящим партнером. На конец прошлого года в ней числились в целом лишь 9 сотрудников. Как с таким персоналом поляки смогли выполнить разборку 93 чешских БМП-1, которые по контракту далее поставляли Укроборонпрому,— вопрос без ответа.

В финансовом отчете Wtorplast за 2016‑й указано: она получила доход $ 1,6 млн и чистую прибыль $ 147,8 тыс. Однако лишь по контракту с Укроборонпромом на поставки БМП-1 поляки должны были в том году получить от Украины $ 15,3 млн.

В отчетности Wtorplast расписаны договоры компании: она активно торгует с Кипром. По всем ним прописаны как общие суммы закупок, так и количество единиц, что позволяет высчитать цену каждой. И лишь в контрактах с Украиной указана только общая сумма.

Если посмотреть в сервисе Street View изображение по адресу юридической регистрации компании, то можно увидеть автосервис Iveco. Если же проверить адрес компании, указанный на ее сайте, взгляду откроется небольшое складское помещение.

При этом за время подготовки статьи из Street View исчезли фото помещений компании по месту регистрации.

Во Wtorplast не ответили на несколько электронных писем и телефонных звонков редакции с просьбой предоставить комментарии для статьи.

доки 2

СХЕМА С ДЕТОНАТОРАМИ: На фото — документы (таможенные инвойсы), подтверждающие сомнительный экспорт детонаторов, о котором НВ писал в предыдущем расследовании. Из материалов видно, что шосткинский завод Импульс, входящий в структуру Укроборонпрома, продал кипрской компании PH Strategic Business Limited капсулы-детонаторы почти за € 95 тыс. После этот кипрский посредник продал их сербской компании Sloboda, но уже за € 684 тыс. Ранее Сергей Пашинский из комитета Рады по нацбезопасности ставил под сомнение детали этой сделки, опубликованные НВ

Откройте это немедленно

Сфера оборонных закупок сегодня надежно спрятана от контроля благодаря грифу секретности, говорят эксперты. А потому коррупция там процветает не первый год. И о ее размахе уже пишут мировые СМИ.

Характерна история, опубликованная в декабре 2017 года американским изданием Foreign Policy — ключевым мировым ресурсом, специализирующимся на военной тематике.

Речь в статье шла об экспорте запчастей для самолетов Ан-32 по контракту, подписанному в 2012‑м.

В рамках этого договора компания Укрспецэкспорт, входящая в Укроборонпром, перечислила $ 6 млн фирме Paramount General Trading из ОАЭ. Арабская же компания должна была за эти деньги приобрести запчасти для Ан-32 у Укроборонпрома и продать их Минобороны Ирака.

Однако, как пишет Foreign Policy, основываясь на документах НАБУ, поставка запчастей так и не произошла. А $ 6 млн осели в американском банке Wells Fargo — на счетах, принадлежащих дочери одного из сотрудников Укрспецэкспорта.

Очистить отечественную оборонку от сомнительных сделок в пользу компаний-прокладок может лишь максимальная открытость деятельности профильных госструктур.

Сейчас, к примеру, формируется новый набсовет Укроборонпрома и готовится аудит этого госхолдинга.

Впрочем, журналист-расследователь Дмитрий Гнап не уверен, что это сделает работу Укроборонпрома прозрачнее. “Наши госкомпании научились виртуозно обходиться и с общественными, и с наблюдательными советами,— говорит он.— С аудитом такая же история”. И напоминает, как украинский офис крупной аудиторской компании PricewaterhouseCoopers подписывал положительные выводы о проверке Мако Холдинг Александра Януковича и ПриватБанка времен Игоря Коломойского и Геннадия Боголюбова. Позже в обоих случаях были выявлены многомиллиардные нарушения.

Гнап и сам не понаслышке знает о коррупции в оборонном секторе. Его медиапроект Слідство.Інфо в прошлом году обнародовал историю с закупкой российских двигателей для украинских бронетранспортеров.

Предприятие Укринмаш, входящее в структуру Укроборонпрома, приобретало произведенные в РФ двигатели у молдавских фирм-посредников со значительной переплатой.

Слідство.Інфо опубликовало эти данные, упомянув: к схеме поставок моторов причастен Сергей Пашинский из парламентского комитета по нацбезопасности. Депутат подал на издание иск за клевету, но суд вынес решение в пользу журналистов.

Успех любого аудита Укроборонпрома зависит от того, дадут ли проверяющим доступ ко всей информации и разрешат ли сделать последующий отчет публичным, подчеркивает Трегуб из НАКО. К счастью, по ее словам, в тендер по закупке услуг ауди­та для Укроборонпрома власти включили оба пункта.

А вот проведенные ранее проверки Государственной аудиторской службы показали: 41% входящих в госконцерн предприятий неэффективны, а расчеты СпецТехноЭкспорта с фиктивными фирмами достигают сотен миллионов гривен.

Понимая, куда ветер дует, СТЭ уже нанял себе американского лоббиста — компанию Yorktown Solutions: Минюст США зарегистрировал соответствующий контракт 31 марта этого года.

Виталий Шабунин, глава Центра противодействия коррупции, считает: до запуска Антикоррупционного суда хотя бы частично побороть коррупцию в оборонном секторе не удастся. “Без этого органа все нынешние дела НАБУ [по Укроборонпрому] либо умрут, либо будут бесконечно рассматриваться в судах”,— утверждает эксперт.

Вице-спикер Сыроид выступает за кардинальное снижение уровня секретности в процессе оборонных госзакупок. И приводит пример США. “Бюджет оборонных закупок Штатов — это 120 страниц, где указано, сколько стоит каждая единица вооружения,— рассказывает она.— А у нас есть оборонный бюджет на 8 строк в Excel — и наши военные говорят, что у них все прозрачно”.

Новое Время

Добавить комментарий